Головокружение от успехов (1974-1977)
Jul. 6th, 2020 09:25 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
lafeberПолитику разрядки (детант) мы успешно оформили в документах за три года при Никсоне (1969-1972). С 1973 года стало понятно, что ДРВ (Северный Вьетнам) уверенно побеждает в своей войне с США и эвакуация Сайгона дело неизбежное. Вместо того, чтобы успокоиться, насладиться плодам дипломатических побед, перевести дух и наконец-то заняться внутренними экономическими реформами, руководство СССР вдруг снова вспомнило про «классовую борьбу» и «мировое соотношение сил» и 1974 году влезло в Анголу. Видимо, свежепостроенный океанский военный флот Горшкова и трехкратное повышение цен на нефть ударило в голову и помешало захмелевшему Политбюро принимать взвешенные решения. Мы продолжили расшатывать статус-кво в странах Третьего мира, невзирая на то, что США откровенно устали от заварушек там и своим согласием с детантом иносказательно просили СССР о заморозке всех этих «движений за освобождение».
После ухода португальцев из колонии в Анголе появилось три разных группировки. СССР и Куба поддержали MPLA на северо-западе. На северо-востоке FNLA получало бельгийское оружие через Заир, а с юга наступление начала UNITA при поддержке ЮАР и США. В 1974-1975 не обошлось без анекдота: КНР также влезло в этот конфликт чисто из принципа, прознав о советском участии, и из-за своего обостренного антисоветизма Мао принялся помогать UNITA, став тем самым бок о бок с американцами. В 1976 «народная» MPLA одержала победу, а Конгресс США обрезал Джеральду Форду финансирование в Анголе. Ликующий СССР перекинулся в Эфиопию, где местные в 1976 объявили о начале своей собственной марксистско-ленинской революции. Советскому Союзу вдруг показалось, что он открыл для себя формулу успеха в странах Третьего мира: от страны-получателя требовалось иметь марксистскую партию во власти, а от СССР современные военно-транспортные мощности типа ролкеров и Камазов, и всё. Хрущев в 50-е грезил о новых союзниках для СССР в освобождающихся колониях, но дальше Ближнего Востока прорваться не смог, в 60-е Советский Союз не смог пробиться к Конго и усилить там свое влияние, в 70-е такие дальние экспедиции нам были уже по плечу. Ангола, Эфиопия и подготовка к Афганистану – это всё звенья одной запойной цепи. Это хрущевское стародавнее идеологическое желание определять развитие Третьего мира. Задиристое брежневское Политбюро, объевшееся нефтяной виагры, не сумело по-рыцарски оценить глубину американских уступок 1972-1975 годов и сделало свой выбор: классовая борьба в Третьем мире вдруг оказалась делом более важным, чем политика разрядки, хотя Косыгинские реформы провалились недавно и по идее должны были пронизывать фантомными болями весь Центральный Комитет. Когда Хрущева свергали в 1964 году, одно из многочисленных обвинений в его адрес состояло в том, что «он своими авантюрными действиями отсрочил наступление детанта на 15 лет». Прошло 10 лет, и брежневская братия забыла о том обвинении, продемонстрировав тем самым, что не ценила то, что уже имела. Последовательность не была нашим сильным коньком, хотя, казалось бы, плановое хозяйство и все дела. Американцы в своих Конгрессах бессильно взирали на эту вспышку советской активности с нарастающим раздражением, что с каждым годом приводило к прореживанию стана сторонников политики разрядки и усилению консервативного антисоветизма, нашедшего выразителя своих чаяний в Рейгане. А всего-то надо было не лезть в Анголу.
После ухода португальцев из колонии в Анголе появилось три разных группировки. СССР и Куба поддержали MPLA на северо-западе. На северо-востоке FNLA получало бельгийское оружие через Заир, а с юга наступление начала UNITA при поддержке ЮАР и США. В 1974-1975 не обошлось без анекдота: КНР также влезло в этот конфликт чисто из принципа, прознав о советском участии, и из-за своего обостренного антисоветизма Мао принялся помогать UNITA, став тем самым бок о бок с американцами. В 1976 «народная» MPLA одержала победу, а Конгресс США обрезал Джеральду Форду финансирование в Анголе. Ликующий СССР перекинулся в Эфиопию, где местные в 1976 объявили о начале своей собственной марксистско-ленинской революции. Советскому Союзу вдруг показалось, что он открыл для себя формулу успеха в странах Третьего мира: от страны-получателя требовалось иметь марксистскую партию во власти, а от СССР современные военно-транспортные мощности типа ролкеров и Камазов, и всё. Хрущев в 50-е грезил о новых союзниках для СССР в освобождающихся колониях, но дальше Ближнего Востока прорваться не смог, в 60-е Советский Союз не смог пробиться к Конго и усилить там свое влияние, в 70-е такие дальние экспедиции нам были уже по плечу. Ангола, Эфиопия и подготовка к Афганистану – это всё звенья одной запойной цепи. Это хрущевское стародавнее идеологическое желание определять развитие Третьего мира. Задиристое брежневское Политбюро, объевшееся нефтяной виагры, не сумело по-рыцарски оценить глубину американских уступок 1972-1975 годов и сделало свой выбор: классовая борьба в Третьем мире вдруг оказалась делом более важным, чем политика разрядки, хотя Косыгинские реформы провалились недавно и по идее должны были пронизывать фантомными болями весь Центральный Комитет. Когда Хрущева свергали в 1964 году, одно из многочисленных обвинений в его адрес состояло в том, что «он своими авантюрными действиями отсрочил наступление детанта на 15 лет». Прошло 10 лет, и брежневская братия забыла о том обвинении, продемонстрировав тем самым, что не ценила то, что уже имела. Последовательность не была нашим сильным коньком, хотя, казалось бы, плановое хозяйство и все дела. Американцы в своих Конгрессах бессильно взирали на эту вспышку советской активности с нарастающим раздражением, что с каждым годом приводило к прореживанию стана сторонников политики разрядки и усилению консервативного антисоветизма, нашедшего выразителя своих чаяний в Рейгане. А всего-то надо было не лезть в Анголу.
